Культура

Донецкий «Вишневый сад»

Печать
Донецкий «Вишневый сад»

В канун Всемирного дня театра донецкая муздрама подарила театралам роскошный подарок – постановку чеховского «Вишневого сада», самой известной и самой новаторской пьесы ХХ века. Спектакль шел с аншлагом три дня подряд – с пятницы до воскресенья. И уже в начале апреля его покажут еще два раза. «Вишневый сад» войдет в репертуар Донецкого государственного академического музыкально-драматического театра имени М. М. Бровуна.

Поставил этот спектакль в Донецке главный режиссер Липецкого государственного академического театра драмы им. Л. Н. Толстого Сергей Бобровский. Предложение поработать на донецкой сцене он получил год назад, когда приезжал на торжества по случаю 90-летия нашего драмтеатра. Тогда договорились, что Бобровский поставит именно «Вишневый сад», которого никогда не было в репертуаре донецкого театра. И российский режиссер тоже никогда прежде его не ставил. Хотя спектакли по Чехову последние десять лет создает почти каждый год.

История, рассказанная сердцем

Фабула «Вишневого сада» большинству известна со школьной скамьи, она проста и незамысловата: за долги выставлено на аукцион помещичье имение с большим садом, после продажи дворянского гнезда его бывшие владельцы разъезжаются. Однако эта вроде бы скучная история захватывает зрителей взаимоотношениями и переживаниями ее героев, она насыщена разнообразными смыслами, которые разгадывают и трактуют по-своему режиссеры уже более ста лет.

Каких только интерпретаций пьесы не было за это время! Ее упрощенно толковали как изображение смены общественно-экономических формаций либо преподносили как переплетение любовных историй с элементами эротики. Причем в противоположных жанрах – от водевиля и фарса до драмы и трагедии.

Сергей Бобровский таких крайностей избежал, он поставил пьесу в жанре драматической комедии и в классической интерпретации.

«Я отнесся к авторскому тексту достаточно бережно – он сохранен примерно на девяносто восемь процентов. В моей постановке нет никаких скабрезностей и режиссерских заворотов. Это – человеческая история, рассказанная сердцем», – подчеркнул постановщик.

При таких акцентах на психологию героев, а не на внешние эффекты, спектакль более сложен для игры актерам и для восприятия зрителями. Были опасения, что первые не справятся с ролями, а вторые не проникнутся постановкой. Но премьера «Вишневого сада» показала, что все эти опасения были напрасны. Восхищенные зрители очень долго аплодировали актерами и всем постановщикам спектакля.

«Для актеров донецкого театра, основной репертуар которого все же больше ориентирован на эффектные шоу, музыкальные спектакли с внешней яркой подачей, был не очень привычен тот психологический язык, к которому я прибегаю. Им предстояло не изображать своих персонажей, а перевоплотиться в них. И задействованные в спектакле чуткие и талантливые артисты смогли это сделать», – считает Сергей Бобровский.

К слову, режиссер задействовал в постановке преимущественно молодых актеров, возраст которых примерно совпадает с возрастом тех персонажей, которых они играют. Одно из немногих исключений – роль лакея Фирса, которому у Чехова 87 лет. Его блистательно сыграл заслуженный артист Украины Василий Гладнев.

Вообще в спектакле – замечательный актерский ансамбль и замечательная музыка, тонко и со вкусом подобранные костюмы и декорации, помогающие передать присущую чеховским творениям атмосферу и поэзию.

Много в спектакле деталей, подчеркивающих особенности персонажей. Например, «вечный студент» Петя Трофимов (его играет Константин Банников) – в коротких штанишках и кителе с короткими рукавами, что намекает на то, что, несмотря на свои 27 лет и пафосные призывы трудиться, сам он, по словам Раневской (Алиса Суворова), все еще остается «гимназистом второго класса». Инфантилизм брата Раневского Гаева (народный артист ДНР Владимир Швец) постановщики «Вишневого сада» педалировали с помощью того, что усадили его в инвалидное кресло, хотя у Чехова он передвигается на своих ногах.

Не звучит в финале спектакля и зловещий стук топора по дереву, как указано в ремарке Чехова. Вместо этого накрытые прозрачными призмами цветущие вишни окутывает белый дым. Этот символ дарит надежду на то, что, может, все-таки вишневый сад уцелеет и не исчезнет навсегда. Кстати, многие считают, что вишневый сад у Чехова символизирует Россию.
Последняя пьеса классика так гениально написана, что в ней можно бесконечно находить множество смыслов, она всегда и везде будет актуальна. В том числе можно найти в ней параллели с той ситуацией, в которой находится сейчас Донбасс, – его прежняя жизнь разрушена, его «вишневый сад» уничтожается, поэтому многие его жители разъезжаются по миру.

«Почему я решил поставить именно «Вишневый сад» и именно в Донецке? Помимо всего прочего, я вкладывал в данную постановку и свое отношение к тому историческому контексту, к той ситуации, в которой оказался Донбасс», – сказал Сергей Бобровский.

Кстати, он сам из шахтерской семьи – его отец был горняком в Кузбассе, а мама тоже работала там на угледобывающем предприятии.

Чеховский сад рос в Донбассе

Можно с уверенностью сказать, что и свой вишневый сад Чехов географически разместил в нашем шахтерском краю. Тому есть масса подтверждений в тексте пьесы.

Когда во втором ее действии вдруг раздался «отдаленный звук, точно с неба, звук лопнувшей струны, замирающий, печальный», то Лопахин, объясняя его происхождение, сказал: «Где-нибудь далеко в шахтах сорвалась бадья». Этот же звук упоминается и в самом финале пьесы. Кроме этого, о падении бадьи в шахте Чехов писал еще в двух своих рассказах – «Перекати-поле» и «Счастье». Причем в последнем молодой пастух почти дословно повторил слова Лопахина: «Это в шахтах бадья сорвалась». А сказал он это в степи возле нашей легендарной Саур-Могилы.

Антон Павлович Чехов много раз бывал в Донбассе: гостил у своего знакомого Пети Кравцова на хуторе, что неподалеку от города Антрацит, на границе нынешних ЛНР и ДНР, ездил в знаменитый уже тогда монастырь в Святых горах, проезжал Славянск, Краматоровку (Краматорск), Дебальцево, Харцызск и другие города и села нашего шахтерского края. Причем бывал тут как раз в апреле и мае, когда у нас везде цветут вишневые сады, восхищался красотой здешней природы и воспевал ее во многих своих творениях.

В том числе ездил Чехов по Донбассу по Курско-Азовской железной дороге, которая как раз в конце XIX века была проложена через Донбасс до его родного Таганрога. А в пьесе «Вишневый сад» говорят, что неподалеку от имения Гаева и Раневской недавно проложили железную дорогу, на которой можно доехать до Харькова и далее.

Еще одним подтверждением того, что действие пьесы происходит в Донбассе, являются слова помещика Симеонова-Пищика: «Приехали ко мне англичане и нашли в земле какую-то белую глину». Белую глину тогда начали добывать в окрестностях Славянска, Дружковки и Часов Яра. И англичане, а также другие иностранные предприниматели в то время хлынули в Донбасс, именно они тут развивали промышленность. Достаточно вспомнить хотя бы Джона Юза, которого считают основателем нынешнего Донецка.

Помимо текста пьесы, Донбасс с «Вишневым садом» связывает фигура Владимира Немировича-Данченко, писателя, режиссера и одного из основателей Московского художественного театра, для которого Чехов писал эту и другие свои пьесы. Он постоянно убеждал Чехова писать для театра, высказывал ему свои замечания и предложения, касающиеся в том числе и «Вишневого сада».

А между тем у нас в Донбассе – в селе Нескучное Великоновоселковского района – находилось имение Немировича-Данченко, в котором он регулярно отдыхал на протяжении почти тридцати лет и приглашал к себе в гости Чехова; правда, Антон Павлович так и не доехал к нему.

В этом имении был огромный сад, в котором росли в том числе и вишни. Но в годы революции и гражданской войны две трети его вырубили ради дров. Такая вот еще одна печальная параллель с чеховским «Вишневым садом».

Сергей Голоха