Краеведение

Строки, опаленные огнем

Печать
Строки, опаленные огнем

Они до сих пор хранятся в семьях наших фронтовиков – эти пожелтевшие от времени скромные треугольнички и открытки с обратным адресом «Полевая почта» и штемпелем «Просмотрено военной цензурой».

Написанные чернильным карандашом или ручкой на вырванных из школьной тетрадки листах и каких-то конторских бланках в перерывах между боями, перед очередным наступлением, в поезде по дороге на фронт или в короткие минуты затишья они дышат мужеством и отвагой, любовью к Отечеству, заботой о родных и близких, нередко находившихся в оккупации. И, конечно же, верой в неизбежную победу над фашизмом, стремлением быстрее изгнать врага с родной земли и уничтожить его там, откуда он пришел, отомстить за горе и страдания своего народа, за сожженные, поруганные города и села, все то зло, которое причинили фашисты.

За годы журналистской работы мне пришлось держать в руках и читать тысячи этих поистине бесценных человеческих документов, нередко обагренных кровью их авторов, пробитых пулями и осколками. Часть их была передана в музеи и архивы, детям и внукам погибших героев, некоторые хранятся у меня. Предлагаю познакомиться с некоторыми весточками с фронта от наших земляков, каждая строчка которых буквально обожжена огнем.

Летчик-ответсек

Защитником Родины Эмиль (так называли Емельяна Павловича друзья) Гриб стал в самом начале войны, бывший ответственный секретарь городской газеты «Макеевский рабочий» после окончания артиллерийского училища командовал батареей. Под Запорожьем был тяжело ранен, долго лечился, затем переквалифицировался на… летчика. И снова фронт, снова бои и ранения. Погиб Емельян Павлович Гриб меньше чем за два месяца до победы под Кенигсбергом. Это письмо он написал коллегам в редакцию 12 марта 1945 года.

«Друзья!
Я еще целый, руки, ноги на месте. Голова же подверглась еще одной грубоватой обработке. Но все уже зажило. И вы знаете, мне кажется, что после каждого постукивания она лучше созреет, как мелитопольский арбуз…
После вторжения в пределы Восточной Пруссии мы получили некоторую передышку. Засел за письма. Пишу третий день. Написал всем Грибам, а сегодня, пользуясь досугом, ушел в прошлое. Вспомнил о вас.
С чего начать? Ревут моторы «юнкерса». Кружится над нами, проклятый. Сбросил зажигалки и осколочные. Рядом что-то загорелось. Вот так и живем. Такие ночи еще ничего. Бывает хуже.
Борьба жестокая не ослабевает, а возрастает. Проклятый фашист никак не сдается, упорствует.
С чего же все-таки начать? Путь мой на Берлин богат многими событиями, но об этом лучше рассказывать за дружеским столом, а не в письме. О своих военных успехах? Они не так уж велики. Я всего-навсего капитан и получил только два ордена. Это не так много.
Давайте лучше начнем с того, как и чем вы там живете. Чем заняты?
… Опять стервец прилетел. Бросает совсем рядом. Слышно, как бомбы свистят. Пойду-ка посмотрю, что там.
… Так вот. Что вы думаете о послевоенном переустройстве? А может, обсудим, когда посидим за столом? Как вы считаете?
Капитан Е. П. Гриб, полевая почта 11707/Н».

«Ждите писем с поля боя»

Недолгой оказалась жизнь бывшего колхозного механизатора и бригадира Якова Балджи из поселка Сартана. В армию он ушел накануне войны, участвовал в освобождении западной Белоруссии, в боях с белофиннами. Потом – Великая Отечественная. Начинал рядовым, закалялся и мужал в боях, стал командиром взвода. Первое письмо родным Яков Балджи написал сразу же после освобождения Донбасса.

11 сентября 1943 г.
«Здравствуй, моя дорогая жена Раиса, доченьки Валюша и Неля, сынок Анатолий! Пишу вам с дороги. Наши подразделения взяли курс на Мелитополь. Я бывалый солдат по сравнению с другими ребятами. Не за себя беспокоюсь, а за вас. Как вы там? Крепитесь, хоть и нелегко. Тыл – это тоже фронт. Сейчас все мы – бойцы матери Родины. Я напишу вам еще.
Ваш отец».

12 сентября 1943 г.
«Чем дальше удаляемся от вас, тем больше не хватает мне тебя, Раиса, и детей. Я очень скучаю за вами! И такая ненависть появляется к фашистам за эту вынужденную разлуку, такая злость на гитлеровских головорезов, что не дождусь боя. Я буду убивать их, чтобы счастливо жили вы и все добрые люди на земле.
Мы на коротком привале. Со мной многие ребята из Сартаны, и каждый торопится написать домой. Ждите писем с поля боя.
Ваш отец».

5 октября 1943 г.
«Ступили на многострадальную мелитопольскую землю. Через час – в бой. У фашистов выгодные позиции, а мы как на ладони. Удивительно равнинные здесь места! Осень, идут дожди, и мы готовимся к наступлению.
В сражении все может случиться. Кто-то должен погибнуть, кто-то доживет до Победы. Потому-то пишу вам письмо. Коль не суждено мне вернуться домой, хочу попросить тебя, моя Раюша, об одном: воспитай наших детей так, чтобы не было стыдно за них, чтобы жили они делами и думами матери Родины. Я напишу вам еще после боя…
Ваш отец».

Больше писем от него не было. Яков Балджи погиб в бою за Родину, как и сотни его земляков. Память о них хранят не только в семьях, но и в музее истории греков Приазовья, созданном в поселке. Жена Раиса Борисовна воспитала детей Валентину, Нелли и Анатолия достойными гражданами, такими же вырастила и внуков.

Командарм пишет в школу

Многие годы переписывался дважды Герой Советского Союза генерал-полковник, а позже – маршал Кирилл Семенович Москаленко со школьниками Красноармейска и Красноармейского района. В местном краеведческом музее сохранилось его письмо к учащимся 5-го класса «Д» средней школы №1.

«Здравствуйте, дорогие мои земляки – товарищи пионеры Кузьмук, Аржавитин, Кулаков, Сорока, Тахтарова и Зубченко, весь ваш класс, вся ваша школа!
Благодарю вас за письмо. Очень ему рад и с удовольствием отвечаю. Ваш привет передал всем офицерам и бойцам. Весьма рад, что вы, мои хорошие земляки, не отстаете и в сборе средств в фонд обороны, и в строительстве нашего хозяйства, и в учебе. Будьте и впредь такими же активными строителями нашей Родины. Мы, в свою очередь, обещаем вам окончательно очистить нашу Отчизну от немецких захватчиков и добить фашистского зверя в его берлоге. А после разгрома врага заеду на Родину и обязательно буду у вас.
Привет мой вам всем с самыми наилучшими пожеланиями. Привет всем вашим воспитателям-учителям и родным от всех наших генералов, офицеров и бойцов.
Ваш К.С. Москаленко
13 мая 1944 года».

Герой-балтиец с Ветки

Николай Лебедев, шахтерский паренек с Ветки, бесстрашно сражался с захватчиками. Политотдел выпустил специальную листовку о его подвиге. Вот что в ней говорилось: «Жгучая ненависть к злодеям, храброе сердце комсомольца-балтийца, страстная любовь к Родине и верность воинскому долгу сделали его непобедимым. Храбро сражался герой. Когда катер, которым он командовал, загорелся, и стало ясно, что спасти его невозможно, он приказал команде сойти с автоматами на берег и занять оборону. Николай погиб на боевом посту, прикрывая огнем из пулемета отход на берег своих боевых друзей, которые обеспечили успех операции».

«Здравствуй, мама!
Шлю вам, сестрам Марусе и Тосе пламенный привет.
Много трудностей пришлось пережить. Немецкие изверги хотели голодом задушить Ленинград, взяв его в кольцо блокады. Но мы выжили и отстояли Ленинград.Сейчас живу хорошо: бьем немцев на море. Я отомщу немецким фашистам за отца и за все издевательства над советскими людьми.
Правительством награжден медалями «За отвагу» и «За оборону Ленинграда», а также орденом Отечественной войны первой степени.
Теперь наша задача – быстрее разгромить врага.
До свиданья. Крепко всех целую.
Ваш Николай».

Виктор Вовенко

Продолжение в следующем номере